dle



Камни. Заметки (советского) журналиста, который полигону Капустин Яр предпочёл Таунусские горы ч.2    
Камни. Заметки (советского) журналиста, который полигону Капустин Яр предпочёл Таунусские горы ч.2Придворные клоуны...

Сколько денежек из того миллиарда ушло в песок, то есть, в карманы ушлых
предпринимателей-распределителей, никто, в том числе и Генеральная прокуратура
Российской Федерации, не знает. Зато известны имена кассиров. Это члены
сконструированной Кремлём немецкой этнической номенклатуры во главе с тов.
Мартенсом и его первым замом... женой.

Находчивости Генриха надо отдать должное. Он, как «работающий немцем» (так
характеризуют его западные Medien) является советником и советчиком сразу двух
сторон: Президента Путина и оставшихся на Востоке потомков трудоармейцев.
Последним он долго «пудрил мозги» на тему гуговской поэтапной автономизации. Затем
вдруг начал доказывать, что настала пора отказаться от идеи обособления. Нехорошо,
понимаешь, из толпы выделяться. А нынче и вовсе утверждает, что реабилитация,
практически, уже имела место... И осталось только разумно пользоваться, наслаждаться её
результатами: сабантуями, плясками, фестивалями и просто гулянками, на которые
голытьба, как известно, горазда. Закуска – гарантирована. Благодетельный босс
обрусевших немецких остатков всё культурненько оплатит...

Придворные Гуго Густавович и Генрих Генрихович чувствуют себя в Кремле и
Бундестаге весьма привольно. И вообще, надо сказать, эти два общественных деятеля,
словно мартовские коты, везде стараются застолбить своё присутствие и, хоть какое ни на
есть, влияние. Последний раз «котов» этих видели в Берлине сразу после январских
демонстраций наших аусзидлеров против нашествия исламских беженцев. Быть может,
германским политикам срочно потребовался совет на предмет нашего с вами усмирения?
А что, Гуго иногда ведь и роль пророка перенимает. Он предрёк, к примеру, что высшей
ценностью покинувших Россию немцев, станут, цитирую: «личный покой,
обустроенность... благополучие и равнодушие к проблемам народа, страны, мира». И,
наконец, «им не подняться до озонового слоя творчества». Мы, честно говоря, в тот
заоблачный, продырявленный и отравленный слой особо и не рвёмся. Личный покой? Так
о нём, осознанно, нет ли, каждый человек мечтает (правда, «покой нам только снится»).
Но достичь его или, как говорит Писание, «войти в покой» могут только истинные
верующие. Вормсбехеру и Мартенсу сей статус чужд. А что касается благополучия, то
только идиоты могут его блаженно игнорировать. И Библия благополучие не осуждает.
Напротив даже, приветствует, но только в том случае, если достигнуто оно праведным
путём. Всё это Гуго должен бы знать, поскольку пользуется Священным Писанием для
изобретения собственных религиозных постулатов и заветов (например, для населения
Крыма, см. Дип.Куръер).

Обвинение нас, переехавших на историческую родину, в равнодушии к проблемам своего
народа тоже не обосновано. Протестные выступления российских немцев в 78-ми городах
Германии показали кто есть кто. Стоит также заметить, что наш Genosse Gugo, которому
мы вынуждены посвящать столько времени и внимания (он до того связан, увязан и
завязан был аппаратчиками Кремля в движение советских немцев, что куда ни сунься, на
него наткнёшся), то он давненько уже в противоречиях тонет. Противоречива и
сомнительна уже сама его концепция поэтапной реабилитации. Этой своей коварной
выдумкой он, как нельзя лучше, подыграл советским властям (видать, не зря Венделин
Мангольд характеризует писателя Вормсбехера, как просоветского автора). Что
запланировал этот автор, то и получил от работодателя своего: первый этап реабилитации
– обещания; второй этап – переговоры; третий – молчание; четвёртый – отлуп... Alles klar?

Ложные учителя, как, впрочем, и праведные (справедливые) и вообще любой человек
распознаётся по своим делам. Таким образом, чтобы узнать кто чем дышит, достаточно
проанализировать всё, что тот или иной интересующий нас деятель оставил после себя и
чем он занимается сегодня. Возможность такая имеется. Достаточно прочесть журнал
OWP или, при наличии времени, включить Internet и пройтись по всем доступным нам на
интересующую тему источникам. И тогда увидим разницу, например, между Генрихом
Гроутом и Генрихом Мартенсом. Первый, как известно, бесстрашно, открыто и на всех
уровнях и это на протяжении десятилетий заступается за свой народ. Лишнее
доказательство тому – нападки на Гроута со стороны продажной германской прессы.
Второй в одном из интервью тихонечко признаётся, что в большой политике, цитирую,
«не стремился участвовать». Зачем тогда большой пост принял? Ради больших денег?
Тщеславия ради? Какая жалость...

Думаю, что очень даже уместно привести здесь один стих из Книги, которую не мешало
бы господам Мартенсу и Вормсбехеру проштудировать от корки до корки. «В последние
времена появятся насмешники, готовые во всём пота-кать своим безбожным желаниям.
Они причина расколов, это люди, которыми управляют природные инстинкты, они
лишены Духа». (Духа Божьего, позвольте пояснить).

Запрограммированная руссификация

Весёлого во всей этой реабилитационной истории, конечно же мало. Этноцентристы на
верхах сделали всё мыслимое и немыслимое, чтобы помешать осуществлению наших с
вами чаяний. Трижды докатывали стойкие возрожденцы свой сизифов камень до самого
верху. И все три раза, к нашему всеобщему сожалению, не смогли его там удержать. И не
потому, что разуверились в начатом. Нет. Слишком крута была гора. И слишком много
препятствий. Причём, как со стороны всевозможных посторонних «доброжелателей», так
и со стороны своих кровных братьев. Скатываясь, камень добивал передних. Лучших. А в
Москве, под красной звездой, потирали руки: руссификация немецкого населения, начатая
ещё в конце 19 веке, успешно продолжалась.

В этом месте следовало бы вспомнить о другом камне и другом герое, а именно: о
еврейском юноше Давиде, который одним небольшим камнем сразил грозного великана
Голиафа и спас, тем самым, народ Израилев. Это не легенда, а зафиксированный Библией
и хронистами исторический факт. Вопрос в другом: как могло такое чудо случиться?
Ответ: потому что Давид был мужем по сердцу Всевышнего. Так гласит Писание.
Но вернёмся к нашим предкам. Если раньше их благополучные, потому как
самостоятельные, колонии насильственно переданы были в подчинение земским
начальникам, урядникам и стражникам, то чуть позже их вообще ликвидировали,
сколотив – в прямом и переносном смысле – на том месте рабовладельческие (иначе их не
назвать) «коллективные хозяйства», членов которых лишили даже паспортов... Из
колхозов наших предков погнали в лагеря ГУЛАГа под кодовым названием «трудовая
армия». Ну а потом кого куда НКВД сунет или судьба закинет, если живой остался. Что
было дальше все знают: застой, перестройка, беспредел, оллигархизм. Ну, а сегодня,
вместо того, чтобы вернуть нам наши земли и свободу, кремлёвские бюрократы
предлагают нам что угодно, только не то, что положено нам по Закону: Республику.
Вместо автономии сулят ассоциацию; вместо самоопределения – самоорганизацию. То
есть, статус государственный подменяют общественным. И делают вид, будто чем-то
жертвуют ради нас, на уступки идут...

Вчерашние Указы о реабилитации репрессированных немцев, как, впрочем, и саму
Конституцию Российской Федерации так постригли, чтобы право немцев на
государственность нигде не фигурировало.

Собственно, в этом нет ничего нового, ничего необычного. Цэкашники, которые
занимались немецким вопросом, всегда лавировали, тактировали и, как говорят в народе,
«тянули резину». Они, в своё время, заверили, что не могут отпустить немцев на Волгу,
потому что этим оголят целину, БАМ и прочие грандиозные стройки века. Отговорка! К
70-м годам силовые структуры советов уже весьма поднаторели в перебросках
колоссальных рабочих ресурсов. Да и двинули бы в Поволжье наверняка, не более
четверти миллиона немцев, что всё ещё составляло бы меньше половины от уже живущих
там граждан различных национальностей.

Лбы наморщили премудрые пескари-секретари ЦК совсем подругому поводу. Во-первых,
сколько всё это стоить будет и как увязать громадные расходы на устроение немецкого
субъекта федерации с уже распланированными пятилетками да семилетками? Во-
вторых, на территории бывшей нашей Республики распологались военный аэродром, газо
и нефтехранилища, крупные промышленные объекты, как-то: фабрики, заводы,
предприятия. И всё это отдать немцам? Великий кормчий СССР уже заранее ответил на
все вопросы, касающиеся восстановления нашего народа: «Нэт!». А ещё один там,
наверху, с образованием сельхозтехникума и кругозором заводского парторга, добавил,
что, мол, если немчуре и давать что-то, то только не рыбу, а удочку... То есть, поступить с
нами, как поступили некогда и с нашими предками – первыми екатерининскими
переселенцами с Запада – на Украине: вот ваш надел; обустраивайтесь как знаете; помощи
не ждите (хоть она и была обещана).

«Не раззевайте рот...»

Следующая причина отказа нам в территориальной (то есть полной) реабилитации,
думаю, кроется в том, что от появления нового большого немецкого образования власти
остерегались общественных волнений. Уже до войны наши трудолюбивые земляки
побили все рекорды по производительности и качеству продукции. Всё, что строили,
садили и выращивали было добротным, основательным и радовало глаз. А за пределами
республики Немцев Поволжья наблюдались серость, убогость, неухоженность. Обо всём
этом власти прекрасно знали и потому хотели избежать конфликтов на почве неизбежных
в таких случаях зависти, недовольства, зла.

Ксенофобия и без того уже немало хлопот властям причинила, хотя они и сами, волей или
неволей её пестовали. Проведённый потом референдум подтвердил опасения Кремля: 80
процентов местного населения были категорически против присутствия немцев на Волге.
Народ постановил: «Не раззевайте рот на саратовский огород!», который, между прочим,
наши отцы и деды основали, обработали, обустроили и который им по Закону сегодня ещё
принадлежит. Приписываемыя славянам сострадательность к тому моменту как-то не
праявилась. Наверное сработал каменный синдром... В любом случае, знаменитая широта
русской души оказалась, всё же, недостаточно широкой, чтобы ещё и 159-ую российскую
нацию – немцев – вместить.

Между прочим, громче всех возмущались женщины. Перефразируя Некрасова можно
констатировать относительно советской дамы: «Бесправие не остановит. К отверженному
не войдёт». По-видимому, что-то с тогдашним советским, почти коммунистическим,
обществом случилось. Хотя, уже и до победоносной эпохи реального социализма
религиозный философ Н.И. Бердяев писал: «русский человек в высшей степени способен
внушить к себе сильную любовь и сильную ненависть». Наши немцы-христиане все
двести с лишним лет своей эмиграции в России пытались её любить. Но, почему-то, не
были поняты. Более того, за добродетель и добродушие своё были жесточайше,
смертельно наказаны. Но, слава Богу, род наш продолжился. По этому поводу Библия
говорит: «Господь хранит пришельцев... а путь нечестивых извращает». Путь России в
будущее теперь, судя по всему, не с западными пришельцами, а с южными. Они, в
отличие от нас, не дадут себя в обиду. И одним «огородом», пусть даже и поволжским или
крымским, вряд ли удовлетворятся.

Гомогенная масса

Общеизвестно, что русский человек (тем более, если он патриот языческого, если хотите,
атеистического склада), сравнивая себя с человеком западным, выглядит в своих глазах (в
своих, не в моих) не сказать, чтобы привлекательно. Эта мнимая ущербность будит
недобрые чувства, комплекс с опасной смесью высокомерия и уничижения. Таким
образом, вместо национальной ответственности у русского человека выросла...
национальная обида. И чувствует он себя не столько гражданином отечества, сколько его
подданым. Поэтому нация, как таковая, для российских правителей и для русских вообще,
не культурная общность, как у нас, германцев, а скорее кровная. Культурный вариант
характерен для христианства, а кровный для язычества. Отсюда, наверное, и дикие
выкрики типа: «Долой немцев!», «Поволжье – русская земля!». Лучше чумой болеть
будут, лучше скипидар вместо самогона пить будут, чем жить с немцами. Кровь не та...
Не хочу здесь излишне обобщать. Не все жители Казахстана и Поволжья скандировали
«Вон отсюда!». Большинство молчало, подтверждая известную поговорку: моя хата
Скраю... Потому и единодушно проигнорировали. Danke! То есть, спасибо!
Главный Христианский постулат, основанный на важнейшем Законе Владыки и
приписывающий всем чадам Божиим любить ближнего, пусть даже и немца, в
Православии, видимо, трансформировался и по-другому теперь трактуется. И не
случайно, наверное, Патриарх Московский и всея Руси Алексий II ни разу за все годы
отчаянной борьбы наших возрожденцев за справедливость не замолвил за них слова, не
говоря уже о прямом участии в этом правом деле. Тем более, что Алексий был не только
главой Русской Церкви, но ещё и... российским немцем по фамилии Ридигер. Этот
высокопоставленный православный сановник вместе с Папой Римским продвигал
экуменизацию, запущенную англосаксонскими глобализаторами для установления нового
мирового порядка. Таким образом, Алексий фактически заботился о централизации,
единении всех религий под одну крышу, готовя, тем самым, почву для прихода
предсказанного Писанием мирового правителя. Наши национальные заботы и проблемы в
планы Патриарха, увы, не входили. Нации единому, подконтрольному государству не
нужны. Устроители его начали пестовать легко управляемую и манипулируемую
гомогенную массу. Путин называет эту массу «гражданской нацией»...
Этот кремлёвский неологизм с лингвистической точки зрения абсурден и потому ничего
конкретного не выражает. Но на что только ни пойдёшь «Для более полного
удовлетворения масс трудящихся», как писала «Правда», не замечая, что нечто полное
(или наполненное) полней не сделать. И из гражданства нации, являющейся по сути
политическим и правовым статусом, не состряпать. Разве что насильственно, по
принципу: каждый подданый Российской империи есть русский. (Чем это отличается от
коммунистической идеи создания единого советского народа? Только названием!) Именно
здесь собака и зарыта. Новый мировой порядок возможен лишь при однородной структуре
общества. ФРГ тоже из турок и других инородцев, желающих приобщиться к
европейскому благосостоянию, пытается делает немцев... А настоящие, коренные немцы,
видя это и понимая к чему это ведёт, покидают Родину. Ищут островки, где осталось ещё
хоть немного национального или хотя бы европейского. Короче, нации, народы, границы
– всё это размывается, с попыткой упразднить совсем, поскольку это мешает становлению
безнационального мирового сообщества, единого мирового государства. Так что учи не
учи свой родной язык, в окружении, например, русских, всё равно останешься одним из
многих, одним из тех, кто говорит по-русски, думает по-русски и поступает, как и
положено, по-русски. В этом нет ничего плохого, но и национального, например,
немецкого, мордовского, чувашского и т.д. во всём перечисленном нет, ровным счётом,
ничего. Что есть, так это «гражданская нация».
Впрочем, изобретение это не путинское. В немецком Ausweis`е (паспорте) давно уже
напротив графы «Staatsangehörigkeit» (гражданство) красуется, как ни в чём ни бывало,
прилагательное «deutsch» (немецкое?). На днях, будучи в Италии, фрау Меркель
высказалась против закрытия границ, через которые поступает в Германию большинство
беженцев. Аргументация её концептуальна: «тогда начнётся национализм...».
А его перевоспитанные немцы боятся, как чёрт ладана. Хотя именно национализм – то,
чего им (нам) и всем народам Европы катастрофически не хватает для самосохранения. А
что от него ещё осталось, всячески истребляется.

Лбом об стену...

В связи с проблемой нации вспоминается мне один случай из моей давней журналистской
практики. После публичной критики безалаберных советских механизаторов, бросивших
свою технику прямо на поле, где она теперь ржавела под дождём и снегом, узнаю,
вызывают меня в Ольгинский Райком КПСС Приморского края. И там, в кабинете,
устланном красными дорожками, первый секретарь тов. Разов рявкнул пару фраз, которые
до сих пор в ушах звенят: «Тебе думать за нас не надо! Да тебе и нечем, думать-то! Тебя
надо сначала воспитать по-русски, по-чапаевски: лбом об стену!!!». Учитывая, что в
СССРе всё начальство одним лыком шито было, я, при первой же возможности оставил их
красные ковры и каменные стены. Ностальгии по ним, в отличие от витающих в
«озоновом слое» не испытывал никогда.

Общеизвестно, что критика, в любой её форме, занятие опасное. Особенно в политических
системах, где к правде, справедливости и критике (конструктивной, разумеется)
призывают, а за следование им... наказывают. Сначала ярлыки навешают, затем
начинается травля. А то и просто нейтрализация.

Примеров тому – масса, так что Политковская не единичный случай. Моего коллегу
превратили в инвалида за одно то, что посмел покритиковать краевую милицию. За
автором этих строк также была устроена настоящая погоня. А когда обратился за
помощью в высшую инстанцию Советов – Комитет партийного контроля при ЦК КПСС –
сидящие там старцы во главе с, если не изменяет память, Лукьяновым, посоветовали
поменять место жительства: «Ну переедьте в другой район...». Переехал. Только не в
другой район, а на другой континент. Но и здесь мы, критики системы, отнюдь не в
безопасности.

Эти мои заметки, как и журнал «Ost-West-Panorama», для которого их писал, будут
профильтрованы на предмет «праворадикальности» и прочих политически нежелательных
в «самом свободном за всю историю немецком государстве» уклонов. Профильтрован
будет в первую очередь зомбированными лево-интернационалистской идеологией ещё в
СССР представителями германского гражданского общества российсконемецкого
разлива. То есть, нашими же соплеменниками – ныне активистами официально
разрешённой формы интеграции: с распеванием в русских сарафанах песен «Катюша» и
«Калинка» и обязательным членством в партиях ХДС/ХСС (CDU/CSU) и СДПГ. Любой
шаг в сторону считается «праворадикализмом», а прыжок на месте – признаком пятой
колонны Кремля.

Но волков бояться – в лес не ходить. Очень убедительным и обнадёживающим для нас,
переселенцев, как новых жителей Германии, могут послужить смелые, правдивые
выступления таких свободных журналистов, учёных, теологов, как Julian von Salomon (Die
totale Überwachung, Der Aufstieg des Antichristen); Stephan Berndt (Countdown Weltkrieg
3.0); Udo Ulfkotte (Die Asylindustrie. Mekka Deutschland. Vorsicht Bürgerkrieg); Bernd
Höcker (Böse Gutmenschen); William Engdahl (Die Denkfabriken); Markus Gärtner
(Lügenpresse); Thierry Bandet (Der Angriff auf den Nationalstaat); Paul Roberts (Amerikas
Krieg gegen die Welt); Daniel Prinz (Wenn das die Deutsche wüsten...) и так далее.
Поищите также в YouTube исключительно важные выступления профессора Вальтера
Файта (Walter Veith). Обратите также внимание на фамилии Vogt, Elsässer, Koop.
Нам нужно знать что вокруг нас происходит. Иначе следующие кризис, катаклизм, война
– великая скорбь, предсказанная Библией – застанут нас врасплох. И к испытаниям (тем
более к смерти, которая всегда рядом) мы готовы не будем.

В то же время, нам не мешало бы помнить, что премудрый Творец дал нам не духа боязни
и робости, а Духа мужества, любви и силы воли. Так учит нас слуга Божий Апостол Павел
и так учит нас сама жизнь, подаренная нам всё тем же великим и всемогущим Богом.
От произвола властей критик (инакомыслящий, диссидент), увы, ни в какой политической
системе не защищён. Но что может причинить мне человек? Может, в крайнем случае,
убить тело, как поступили советские сатрапы с моим верующим дедом. Но никто и ничто
не может уничтожить Духа, данного нам всесильным, вечным Богом. Вот такую жизнен-
ную гарантию мы имеем. Кто это понимает, кто доверился Всевышнему – тому
страшиться нечего.

Пётр Браун, Висбаден
Продолжение следует


Камни
(продолжение)
Часть 3

Со справкой к бабушке
Живя в хвалённом, нерушимом и победоносном CCCР, мы, послевоенные
советские немцы, наверное, как ни одна другая этническая группа или, как
принято было нас называть, «национальное меньшинство», почувствовали
на себе жёсткое, а подчас и издевательское обращение начальства. На все
наши вопросы, жалобы по поводу лишения нас элементарных прав и
свобод, учтённых самой советской Конституцией, звучал один и тот же
категорический, железный сталинский ответ – «нэт».
Отказ ожидал нас и в большинстве высших учебных заведений. Чтобы
поступить в университет на факультет журналистики мне пришлось
сначала согласиться на сверхсрочную службу в Советской Армии и,
основательно подготовившись для предстоящего сочинения (в военной
форме, с целой стопкой своих уже опубликованных материалов и, главное,
с актуальной в те дни темой «Целина» Брежнева...), приступил к
экзаменам.
Или вот, другой пример. Когда родилась моя первая дочь, хотел было её
показать жившей в соседнем районе прапрабабушке. Оказалось, однако,
что для поездки необходимо обзавестись справками (разрешением)
райсовета и местных представителей КГБ. Пока собирал требуемые
бумажки, бабуля, так и не узрев свою первую праправнучку, преставилась.
Да, если бы описать здесь, хотя бы часть случаев утомительной волокиты
и отказов властей, понадобилось бы, наверное, ещё штук пять панорамных
журналов. Один эпизод из моего последнего пребывания на территории
России всё же кратко опишу.
Прожив четверть века на своей новой Родине, о старой стал как-то
забывать. Правда, дискомфорта или там угрызнений совести из-за этого не
испытывал. Скорее даже наоборот. И вот однажды мой единоверец Бернд,
бывший сотрудник криминальной полиции, предложил мне сопроводить
его на родину предков – Калининградскую область, точнее Кёнигсберг.
Согласился, о чём потом сожалел. Что мы там, особенно на границе,
пережили, до сих пор перед глазами. Я столько наслышан был о, якобы,
произошедших в России грандиозных переменах, демократии, на самом же
деле ничегошеньки из этого не заметил. Как обращались с людьми,
особенно с немцами, так и продолжают обращаться. И условия защиты от
хамства и издевательства остались прежними. Очереди – тоже. Справки
(но теперь уже платные) – тоже. Вымогательство – пуще прежнего. Не
говорю уже о грубом тоне и высокомерии самих таможенников. На
обратном пути мы попытались было проскочить границу без «озолочения»
ручек таможенных дам, но не тут-то было... Задержали. Причём, надолго.
Когда у меня терпение кончилось, спросил у очередного дежурного
офицера сколько же мы ему должны. В ответ он приказал нам, туристам,
пристроиться к хвосту длинющей (наверное с километр) автомобильной
очереди польских спекулянтов. Семь часов продолжалось это
изматывание. Начал было на законы, на совесть давить, но напрасно
старался: дежурный ухмыльнулся и ушёл (дескать, сразу не дал на лапу,
теперь постой...). Кончилось всё тем, что я начал названивать в
консульство, потребовал врача для заболевшей от переживаний супруги и
постращал, что если нас немедленно не пропустят, обращусь в посольство.
Подействовало. А ведь перед отъездом в Россию в русскоязычной прессе
было объявлено об упрощении визовых и таможенных процедур... Для
кого? Для нас, простых смертных? „Нэт“!

Русское чудо...
Как ни странно, но отголоски сталинского «нэт» до сих пор гуляют по
сверкающим залам Кремля, подпитывая инертных, слабовольных, но
самодовольных чинуш. Эстафета преемственности – гордость и оплот
навязанной народам пресловутой советской системы, вернее антисистемы,
функционирует поныне.
Неудивительно, что многолетний участник движения за равноправие
немецкой диаспоры в СССР тов. Вормсбехер выразил как-то вслух то, что
подсказывала ему интуиция: «несправедливость к российским немцам
неизбежна». Но с этим своим откровением Гуго явно опоздал. Дело в том,
что уже в 1992-ом году Председатель Всесоюзного общества советских
немцев Генрих Гроут заявил небезызвестному германскому журналу
Шпигель, что национального будущего у нашего этноса в России нет.
Точка. Есть ещё одно любопытное высказывание бывшего соратника
Гроута тов. Вормсбехера, а именно: «Россия не тюремщик наш, а
сокамерник». Отчасти оно так и есть – если иметь в виду народы России.
Зная сию сермяжную правду, он всё же осуждает и весьма негативно
отзывается о земляках, вырвавшихся из этой «тюрьмы» на Запад. На
Родину. Впрочем, в пылу критическом Гуго так же и «тюремной»
верхушке дал по макушке: «Генсеки и Президенты всего лишь
надсмотрщики...». Образ, конечно же, не очень симпатичный, но о многом
говорит. Вормсбехер, наверное, и сам не предполагал, что способен такое
выдать... Так или иначе, но ожидаемых постов он после нечаянной
реплики так и не получил. Все портфели достались тов. Мартенсу. Это, как
и следовало ожидать, отразилось на его, Гуго, душевном здоровье и на
лице, которое, как мы знаем, есть зеркало души. Унылый его портрет
кочует по всему интернету и напоминает больше «героя» из вольтеровских
трагикомедий, чем идейного советского писателя, за которого он себя
всегда выдавал.
Да, выбор наш был невелик: или оставаться, в прямом и переносном
смыслах, в советско-имперском заточении или бежать без оглядки, пока на
пограничные ворота амбарный замок не повесили. Куда бежать, думаю,
все знают. А нет, так пусть осведомятся у трёх миллионов земляков-
переселенцев, давно покинувших матушку Россию, в которой загублено,
зарыто в ямах чуть ли не половина нашего народа-мученика. Кто решил
оставаться должен, однако, помнить, что история, как это ни грустно,
повторяется. Единственный выход для тех, кто надумал осесть в России
навеки – ассимиляция. Точнее, руссификация. Уж на что хитёр, матёр и
многовластен был советский узурпатор и сатрап Джугашвили, но и ему
пришлось во всеуслышанье признать произошедшую с ним мистическую
метаморфозу: «Я не грузин: я русский». И действительно: грузинскими
оставались у него только жуткий кавказский акцент да пышные усы. Мы,
«советские» немцы, по его мнению, тоже должны были или славянами
стать, или исчезнуть с арены бытия. Потому наш народ в 1941-ом и
«четвертовали»: мужчин в лагеря ГУЛАГа; женщин – в другой конец
империи на изнурительные работы; детей в сиротские дома; стариков – на
произвол судьбы. Прав наш историк В. Дизендорф, когда утверждает, что
российские немцы, как народ, злоумышленно были обречены на
вымирание. Благородный, гуманный Устав строителя коммунизма –
братство, равенство, справедливость – и вся советская мораль не
послужили помехой в планомерном истреблении своих немцев. Особенно
верующих.
Да и саму религию, как «опиум народа», решено было выжечь. Строгий
Декрет суперидола Ленина гласил: закрыть церкви, переоборудовать их в
подсобные помещения, а попов, несогласных с этим – арестовать... Вот
тебе, бабушка, и Юрьев день. И светлое будущее во всей его
материалистической и, прежде всего, атеистической красе...
К счастью, всеведущий и всемогущий Бог усмотрел для нас, отверженных
и, казалось бы, обречённых – жизнь. И поэтому все потуги кремлёвских
идеологических программистов и демографических плановиков того
времени оказались напрасными. И зомбировать нас им тоже не удалось.
Хотя, если вдруг свершится очередное русское чудо – возвращение
российским немцам своей Республики Немцев Поволжья – то, не
сомневаюсь, что среди оставшихся в СНГ немцев, наверняка подберётся
инициативная группка, готовая даже на драконовских условиях
руководить... Заправлять... Господин Мартенс, к примеру, мог бы
претендовать на портфель министра культуры. А господин писатель
Вормсбехер, надо полагать, возглавил бы подцензурный Комитет цензуры
(печати). Лучшего функционера на это ответственное место просто не могу
себе представить... Ну, а в кресло Президента нового немобразования
катапультировали бы, не исключено, кого-нибудь из губернаторов-немцев.
Или же газового барона господина Милера (хотя он немцем себя отродясь
не считал), что стало бы для него явным понижением.

Немецкая «масть и расцветка»...
Когда просматриваешь правительственные документы, запущенные по
ходу ханжеского отмежевания, трусливого замалчивания и малодушного
отписывания наших правомочных требований относительно реабилитации,
невольно приходят на ум понятия, слова, всё чаще раздающиеся с больших
трибун: национализм, экстремизм, терроризм. Остановимся на первом,
поскольку именно национализм нам, российским немцам, приписывается.
Навешивается. В том числе и здесь, в Германии. Идеалом здесь являются
так называемые „общечеловеки“. Буквально на днях подобрал возле
расположенной напротив моего дома школы листок, на котором крупными
буквами было выведено: „Моя нация – человек. Моя родина – Мир“.
Комментарий, думаю, здесь излишен.
Убеждён, что чувства национальной принадлежности (если они не
гипертрофированы, если это гордость, любовь и забота за свой народ, к
своему народу и о своём народе, а не выскокомерие к другим народам,
неприязнь к ним и неучитывание их интересов) достойны всяческого
уважения и приветствия, и находят они своё отражение во всех языках в
гордом слове „патриотизм“. Но не на сегодняшнем Западе. И, тем более, не
в сегодняшней Германии.
Мы добивались в России восстановления ликвидированной при Сталине
своей республики не из чувства оскорблённой гордости, а из искреннего,
естественного желания сохранить наш родной язык, добрые традиции,
европейскую культуру. Согласитесь, гасить в народе ощущения
собственного достоинства просто глупо. И всё же, проявление с нашей
стороны здорового стремления к своим корням, ко всему немецкому,
национальному, что можно сберечь только при условии совместного
проживания и определённых свободах и правах (своя система образования,
культурного и религиозного просвещения и т. д.) в верхних эшелонах
советской, российской, а теперь и германской власти всегда
воспринималось как нечто весьма опасное и потому встречалось в штыки.
Вот интернациональные инициативы, связанные, скажем, с мировой
революцией (читай: бойней и жутким хаосом) или расширением
Восточного блока, или слиянием в экстазе мультикультурной
„интеграции“ с народами Азии и Африки – ещё куда ни шло...
Тон в пресечении национализма в СССР задавал всё тот же пролетарский
вождь и «отец всех народов» Виссарионыч: «Нет (заметьте: начинает с
«нэт»; П.Б.), мы правильно поступаем, что так сурово караем
националистов всех мастей и расцветок. Они лучшие помощники наших
врагов и злейшие враги собственных народов». Потому и разогнал и чуть
не угробил в годы войны значительную часть неугодных ему
нацменьшинств с подозрительной «мастью» и неподходящей
«расцветкой».
До развала Советского Союза, РСФСР была окружена буферной зоной,
союзными республиками. Там, в искусственно и насильственно созданных
образованиях, скопления нерусских ещё как-то признавались. Но внутри,
да ещё в центре России – „нэт“! Предадут. Не свои потому что. И к тому
же националисты...
Таким образом, в конце 30-х годов Кремль начал вести откровенную
политику национальной дискриминации и повсеместных этнических
чисток, которую ещё больше расширил и усилил с началом войны.
Репрессии. Геноцид. Подавляющее большинство солдат и офицеров-
немцев с фронтов были сняты и отправлены... на каторгу. Даже все
советские немцы-патриоты и герои войны были вычеркнуты из списков
награждённых. В том числе и Герои Советского Союза. (Это ли не маразм?
Славянский ли, грузинский ли, советский ли, но маразм форменный.
Абсолютный! Аналогию ему трудно найти). Более того, загубленные в
процессе и в местах депортации советские немцы вообще нигде и никак не
учтены. Отсутствуют и списки невинно расстрелянных в годы
свирепствующей сталинской чистки. Всё это говорит о том, что нас,
российских немцев, в России никогда за своих не принимали и потому, в
лучшем случае, игнорировали, эксплуатируя; в худшем – преследовали,
где только и как только могли.

Ни самостояния, ни величия
Сталинский вирус недоверия к нам инфицировал и инфильтрировал все
последующие поколения советско-российского начальства. Всю
номенклатуру. Верхушка её никогда не готова была и не собирается
сегодня вернуть нам всё то, чего противозаконно лишили. Потому-то и нет
у российских немцев ни своих школ, ни институтов, ни театров, ни музеев,
ни издательств, ни телевидения. Всё направлено на безвозвратную
денационализацию, хотя уже А.С. Пушкин писал, что каждому народу
подобает культурное самостояние, как залог величия и как независимость
государственного бытия. Правительство же нынешнее поступает как раз
наоборот: гасит, глушит, убивает в своих немцах чувство национального
самосохранения. Помогают им в этом подлом деле, как и в былые времена,
целая армия культпросветработников (в том числе и «мартенсы»),
которые, если судить по делам, повержены всё той же идее германофоба
Ильи Эренбурга „Убей немца“. То есть, убей всё немецкое.
Здоровый национализм есть не что иное, как естественный инстинкт
национального самосохраниния (а то и выживания). Он призван вести
человека к благим целям: служению Богу, служению Родине, а народ
(нацию) в целом – ко всестореннему расцвету. Нас же – самую крупную в
России диаспору – ленинская гвардия лишила не только расцвета, но
собралась лишить самого существования. Перестраховывались?
Бывший генерал КГБ тов. Н. Леонов, явно стараясь приуменьшить трагизм
нашей истории (немцы в таких случаях применяют слово «Verharmlosung»,
что означает «принижение» (трагичности), от слова «harmlos» –
«безобидно», «невинно». То есть буквально: «превращение чего-то
трагичного в безобидное, невинное». Слово это часто используется при
попытках высказать сомнение в трагической судьбе евреев во Второй
мировой войне, в масштабах их преследований, принятых в официальной
историографии. Попытки «Verharmlosung» трагедии евреев быстро и резко
пресекаются всеми силами государств-победителей, такие же попытки по
отношению к истории российских немцев являются, как это выглядит,
невинным баловством. – примечание редактора Г.Д.) и оправдать тёмное и
преступное прошлое своей «конторы», сказал в одной из телепередач:
«Русский национализм тем и характерен, что он не построен на ущемлении
прав и свобод других народов». (Оказывается КГБ в своей геноцидальной
деятельности по отношению к целой дюжине малых народов
руководствовался «русским национализмом», а не директивами
коммунистической партии? Что-то новенькое… Чекисты задним числом
явно пытаются сделать русский народ своим сообщником. – примечание
редактора Г.Д.) Свежо предание... Пока что идёт процесс обратный, если
говорить о российских немцах. Леонов и сотоварищи по борьбе с нашим
национальным движением не обязательно самозабвенно, но, вне всякого
сомнения, участвовали во всех акциях, направленных на срыв работы
ВОСН „Возрождение“.






Мнения
мнения
Генрих Гроут
Международный конвент российских немцев
Статьи, аналитика, материалы
мнения
Вилли Мунтаниол
Писатель, Международный конвент российских немцев
Статьи, аналитика, материалы
мнения
Виктор Дехерт
Международный конвент российских немцев
Статьи, аналитика, материалы
мнения
Сергей Герман
Союз писателей России
Статьи, книги, рассказы
мнения
Райнгольд Шульц
Писатель-сатирик Папа Шульц
Статьи, книги, рассказы
мнения
Der Genosse
Сайт советских немцев «Genosse»
Статьи, книги, рассказы
мнения
Анатолий Резнер
Писатель
Статьи, книги, рассказы
мнения
Александр Дитц
Сообщество российских немцев Алтая
Статьи, аналитика, материалы
мнения
Андрей Триллер
Die Russlanddeutschen Konservativen
Статьи, аналитика, материалы

мнения
Павел Эссер
Театральный деятель
Статьи, книги, рассказы
мнения
Евгений Гессен
Общество немецкой молодежи «Данпарштадт»
Статьи, аналитика, материалы
Цитаты
«Счастье равняется твоим заслугам»